Нынешние вызовы юридического реагирования на международные преступления подконтрольных российскому агрессору лиц обострили вопросы применения механизмов универсальной юрисдикции в глобальном правовом измерении и касательно украинской правовой системы и аспектов сравнительного правоведения, в том числе в отношении преступлений оккупантов, совершенных в оккупированном Крыму.
Расследование соответствующих преступлений в национальной уголовной юрисдикции за последние два года было анонсировано властями Эстонии, Литвы, Германии, Франции, Швеции и других стран.
Оно актуально в ситуации, когда пока нет сведений о системных судебных решениях в украинских уголовных производствах по агрессии, экоциду и геноциду и наблюдается накопление решений по военным преступлениям в соответствии со статьей 438 Уголовного кодекса Украины о нарушениях законов и обычаев войны. Ситуацию исследовала в соответствии с проведенной апробацией в «Праве Украины» эксперт нашей Ассоциации кандидат наук Анна Приходько.
Очевидно, что существующие производства в Международном уголовном суде вероятно не будут охватывать всех лиц, совершивших соответствующие международные преступления, и до сих пор наблюдается доктринальное и политическое обсуждение по созданию специального трибунала по преступлению агрессии.
Январское решение Международного Суда ООН по делу «Украина против россии» по Международной конвенции о ликвидации всех форм расовой дискриминации и Международной конвенции о борьбе с финансированием терроризма о событиях, предшествовавших масштабному российскому вторжению, свидетельствует, что не все аспекты ответственности агрессора могут быть решены на соответствующем межгосударственном уровне [1].
Длительный период после возникновения феномена универсальной юрисдикции исследования международного и сравнительно правового измерения этой концепции упоминались только отдельными украинскими исследователями, среди которых можно выделить таких авторов как Борис Бабин [2], Александр Базов [3], Екатерина Гайдей [4], Александра Чубинидзе [5] и другие. Среди прочего заслуживают упоминания тезисы Чубинидзе об отличиях в применении универсальной юрисдикции в международном и в национальном праве и о необходимости унификации понимания субъектов, которые могут быть привлечены к ответственности путем ее применения.
Интересно и опровержение Борисом Бабиным попыток использования российскими карательными структурами и пропагандой принципа универсальной юрисдикции о событиях в Украине 2014-2015 годов, как части юридической агрессии рф и как элемента общей российской агрессии против Украины. Впрочем, эти работы были написаны до масштабной российской агрессии и не отражают текущих дел, ведущихся в отношении соответствующих преступлений в европейских странах.
Таким образом, целью статьи является определение отражения категории универсальной юрисдикции в международном праве и в современной практике европейских стран, прежде всего, относительно дел о совершенных подконтрольными россии лицами в Украине. Задачами работы является осуществление соответствующего сравнительного анализа и соотнесения объявленных производств между собой и проработка прогноза их дальнейшего развития.
Отметим, что, несмотря на доктринальные отсылки к договорным нормам, международно-правовое измерение универсальной юрисдикции не является конкретизированным даже на резолютивном уровне.
Доктринальное определение универсальной юрисдикции, предложенное в 2001 году Amnesty International, в документе IOR 53/003/2001 определяется как способность суда любого государства судить лиц за преступления, совершенные за пределами его территории, не связанные с государством гражданством. подозреваемого или потерпевших или вредом для собственно национальных интересов государства. Подобное и, к тому же, предварительное толкование универсальной юрисдикции предусматривает и Комиссия ООН по международному праву [6].
Евросоюз позже определил на уровне аналитических документов универсальную уголовную юрисдикцию как утверждение одним государством своей юрисдикции в отношении преступлений, вероятно совершенных на территории другого государства гражданами другого государства против граждан другого государства, если предполагаемое преступление не представляет прямой угрозы жизненно важным интересам государства, осуществляющего юрисдикцию [7].
Первые документы в этой сфере, а именно Принстонские принципы универсальной юрисдикции, предоставленные Канадой и Нидерландами в Секретариат ООН в 2001 году [8] и предложенный в 2005 году Институтом международного права для глобальной дискуссии документ «Универсальная уголовная юрисдикция по преступлениям и военных преступлений» [9], явились лишь толчком для соответствующей экспертной деятельности ООН.
Собственно пункт под названием «Объем и применение принципа универсальной юрисдикции» был впервые включен в 2005 году в повестку дня 64 сессии Генассамблеи ООН, по просьбе Танзании от имени Группы африканских государств, и эта тематика стала ежегодной и привела к серии резолюций 64/117, 65/33, 66/103, 67/98, 68/117, 69/124, 70/119, 71/149, 72/120, 73/208, 74/192, 75/142, 76/18 и 77/111 и так далее. В 2021 году Генассамблея решила создать рабочую группу Шестого комитета для продолжения тщательного обсуждения объема и применения универсальной юрисдикции и предложила ей рассмотреть вопрос о роли и цели универсальной юрисдикции [10].
Уровень «глобального консенсуса» по универсальной юрисдикции хорошо демонстрирует очередная резолюция Генассамблеи ООН «Объем и применение принципа универсальной юрисдикции» от 7 декабря 2023 г. 78/113, в которой «признаются расхождения в мыслях, выраженных государствами, в частности беспокойство или его ненадлежащего использования», и содержится предложение государствам ООН «представить до 26 апреля 2024 года информацию и замечания по охвату и применению универсальной юрисдикции, включая, в зависимости от обстоятельств, информацию о соответствующих применимых международных договорах, своих национальных правовых нормах и судебной практике», для очередного отчета Генерального Секретаря ООН.
Впрочем, эта резолюция Генассамблеи одновременно приветствовала решение Комиссии международного права ООН рекомендовать включение в свою долгосрочную программу работы темы «Универсальная уголовная юрисдикция», и приписала упомянутой рабочей группе Шестого комитета, рассмотреть вопрос о «соответствующих элементах рабочей концепции универсальной этого вопроса [11]. При этом, как констатируют эксперты, количество докладов государств, полученных Шестым комитетом по универсальной юрисдикции, остается неутешительным, ведь только около 50 государств-членов ООН периодически предоставляли соответствующие отчеты [6]. Следует пожелать, чтобы в соответствующих документах получили свое отражение и преступления российских оккупантов, совершенные в оккупированном Крыму.
Впрочем, еще в 2009 году Экспертная группа Евросоюза, созданная по универсальной юрисдикции, пришла к выводу, что международное право не предоставляло государствам, где были совершены преступления, безусловный приоритет по расследованию и судебному преследованию международных преступлений. При этом дела, которые велись в рамках универсальной юрисдикции, включают широкий круг национальных ситуаций, и что некоторые дела, которые были приведены как доказательства якобы «злоупотребления» универсальной юрисдикцией, даже не основывались на универсальной юрисдикции.
Экспертная группа подчеркнула, что позитивное международное право не признает никакой иерархии между различными основаниями юрисдикции, которые оно допускает. Таким образом, отмечают эксперты Евросоюза, государство, пользующееся универсальной юрисдикцией, например, по преступлениям против человечности, не имеет никакого положительного юридического обязательства предоставлять приоритет по судебному преследованию государству, на территории которого произошли преступные действия, или государству национальности преступника или жертвы [12].
Добавим, что согласно сведениям Amnesty International, по состоянию на начало российской агрессии в 2014 году примерно 145 государств мира, то есть около трех четвертей от их общего количества, предусмотрели универсальную юрисдикцию в отношении одного или нескольких из международных преступлений, при этом до 90 государств предусматривали такую возможность и для преступлений, не являющихся международными [6].
Эксперты ЕС добавляют, что по состоянию на 2009 год в Европе универсальную юрисдикцию по геноциду, преступлениям против человечности и военным преступлениям определяли в национальном праве уголовные законы Бельгии, Великобритании, Германии, Дании, Испании, Ирландии, Люксембурга, Нидерландов, Финляндии, Франции, Чехии и Швеции. В то время осуществление универсальной юрисдикции часто подлежало правовым ограничениям, в том числе присутствием подозреваемого на территории государства, осуществляющего обвинение, либо до начала уголовного расследования, либо до начала судебного производства (например, это требовало уголовное право Великобритании, Дании, Ирландии, Нидерландов и Франции).
Отдельные страны также нуждались в национальной правовой системе в разрешении от исполнительной или специальной судебной власти для того, чтобы начать конкретное судебное преследование на основе универсальной или иной экстерриториальной юрисдикции, включая Бельгию, Великобританию, Испанию, Ирландию и Финляндию [7]. В мае 2022 года Евроюст отмечал, что «количество новых открытых дел о серьезных международных преступлениях в Европе выросло на 44% с 2016 по 2021 год», а количество фактов расследования и преследования преступлений геноцида, преступлений против человечности и военных преступлений в 2021 году в Европе составило 3171 случай, при чем за год было открыто 1547 новых дел [13].
Европейские эксперты добавляют, что на декабрь 2022 года в Европе констатировалось осуждение 78 человек за международные преступления, в рамках универсальной юрисдикции, начиная с 2015 года. Рост статистики эксперты связывают с «сотрудничеством между органами прокуратуры и специализированными организациями гражданского общества, чьи расследования и поддержка жертв были критически важными для продвижения дел». Также, считают европейские эксперты, «специализированные прокуроры углубляют свои знания об особенностях расследования международных преступлений, а суды в течение многих лет решали на индивидуальной основе ряд важных правовых вопросов», но к 2022 году такие специализированные подразделения создали лишь шесть стран Европы [14].
В 2023 году в мире было зафиксировано более 20 новых приговоров в формате универсальной юрисдикции, но ни один из них не касался событий в Украине. Впрочем, европейские эксперты констатируют, что «зверства, совершенные после российского вторжения в Украину, вызвали беспрецедентную мобилизацию как национальных органов прокуратуры, так и международных институций, таких как Международный уголовный суд» и по поводу событий российской агрессии «по меньшей мере 11 расследований было открыто в Европе и Канаде на основе универсальной юрисдикции». Очевидно, что эти производства должны относиться и к преступлениям оккупантов, совершенным в оккупированном Крыму.
Кроме того, прокуратура нескольких стран Европы начала по поводу событий российской агрессии «структурные расследования», которые с самого начала не были направлены против конкретных лиц или инцидентов, и скорее они были «предназначены для сбора доказательств преступлений, совершенных во время вооруженного конфликта, чтобы дать следователям можно активно строить дела в пользу будущих уголовных производств» [15].
В качестве примера следует привести заявление правительства Швеции, объявленное в марте 2023 года о том, что «в рамках универсальной юрисдикции по серьезным международным преступлениям» с марта 2022 года прокуратура Швеции проводит «структурное предварительное расследование» серьезных военных преступлений в Украине. Целью этого процесса было определено «собрать доказательства, которые могут существовать в Швеции, например свидетельство украинских беженцев»; шведское правительство добавляет, что «потом доказательства могут быть использованы в судопроизводстве в Швеции, в судах других государств или в Международном уголовном суде» [16].
Как писал осенью 2022 профессор Марк Керстен, универсальная юрисдикция должна быть частью решения для решения массы зверств, совершенных в Украине. Он подчеркивает, что «за последние несколько лет универсальная юрисдикция пережила своеобразное возрождение, особенно в Европе, где несколько государств, в том числе Франция, Швеция, Нидерланды и Германия, привлекли к ответственности вероятных виновных в зверствах, совершенных во время гражданской войны в Сирии», то есть в ситуации, когда в отличие от Украины, «универсальная юрисдикция является единственным реалистичным путем для сирийских жертв и переживших международные преступления когда-либо увидеть правосудие» [17].
В этом формате указано на специфику европейских стран, которые не имели до 2022 года опыта особенностей расследования международных преступлений, но приняли судебные меры в ответ на зверства, совершенные агрессором в Украине, в первую очередь из-за массового наплыва украинских искателей убежища. Поскольку эти лица, среди прочего, и пострадали от преступлений оккупантов, совершенных в оккупированном Крыму, крымская проблематика явно получит свое отражение в таких производствах.
Указывается, что прокуроры Польши, Румынии, Словакии и Латвии начали собирать показания, чтобы сохранить ключевые доказательства для будущих дел. В этом измерении добавляется, что построение крепкой доказательной базы с самого начала вооруженного конфликта, несомненно, вдохновляет, учитывая, что одной из главных проблем для эффективного осуществления универсальной юрисдикции является течение времени, поскольку ключевых свидетелей становится трудно найти, они забывают о событиях или умирают, а документальные и другие доказательства утрачиваются или уничтожаются [17].
Профессор Копенгагенского университета Кевин Дж. Геллер констатирует, что в соответствии с универсальной юрисдикцией, «любое государство с необходимым законодательством может преследовать российских преступников в своих национальных судах». Он добавляет, что «первый судебный процесс над российским обвиняемым за пределами Украины с большей вероятностью состоится на национальном уровне, чем в Международном уголовном суде, потому что многие государства… позволяют судебные процессы in absentia» [18].
Марк Керстен отмечает, что «государства должны делать больше с ресурсами, которые они располагают» и что «это означает взять на себя обязательство использовать универсальную юрисдикцию уже сейчас», для чего высшая государственная власть в европейских государствах должна «четко дать понять, что если российский гражданин, подозреваемый в зверствах в Украине, попадет в их государства, они будут преследовать его в своих судах». Такой подход, добавляет указанный автор, «не будет таким дорогим, как предыдущие дела универсальной юрисдикции, учитывая количество государств, в которых продолжаются расследования по Украине; эти государства могут объединить ресурсы, разведывательные данные и доказательства, чтобы сделать универсальную юрисдикцию более экономной» [17].
При этом ряд правозащитных структур к основным вызовам применения универсальной юрисдикции относит дублирование соответствующих производств в различных юрисдикциях, а также риск нарушения прав жертв, которые, именно в случае «структурных расследований», явно не смогут рассчитывать на скорейшее решение их проблематики. ].
Действительно, в медиа есть сведения о решении применить подход универсальной юрисдикции относительно обстоятельств российской агрессии в Украине, который выразили правоохранительные и судебные органы Эстонии [20] Испании [21], Латвии, Литвы [22]; [23], Германии [24]; [25]; [26], Польши, Румынии, Словакии, Швеции [27]; [28], Франции [29] и так далее [30]. Но по состоянию на январь 2024 года в открытых источниках практически нет сведений даже о примерных результатах соответствующих расследований, включая эпизоды по поводу преступлений оккупантов, совершенных в оккупированном Крыму.
Но основные вызовы в этой сфере обозначить уже возможно; они действительно включают в себя весомый риск дублирования фабул производств, что станет особенно острым вопросом в случае предъявления обвинения конкретным лицам, и предусматривают максимально острый вызов реализации процессуальных прав потерпевших, поскольку он охватывается и обязательствами перед Европейской конвенцией о правах человека, возникающим в соответствующем государстве очевидно после возбуждения дела в соответствии с механизмом универсальной юрисдикции.
Кроме того, было бы наивно ожидать, что в этих делах агрессор не будет совершать как масштабные процессуальные действия, которые в конце концов вынесут все «острые» дела в тот же Европейский суд, и кроме того применять противоправные формы влияния на участников процесса и на суд.
В этой ситуации драматично отсутствие механизма универсальной юрисдикции в национальном праве Украины. В сентябре 2022 года, комментируя ситуацию, в которой четыре страны, Эстония, Латвия, Литва и Германия, открыли расследование военных преступлений по универсальной юрисдикции после полномасштабного вторжения россии в Украину и в которой о намерениях начать подобные расследования заявили Испания, Норвегия, Польша. Словакия, Швеция, Швейцария, Николай Пашковский напомнил, что в Украине законопроект № 9438, направленный на распространение универсальной уголовной юрисдикции на преступления агрессии, преступления против человечности, военные преступления и геноцид, был подан в Верховную Раду Украины в декабре 2018 года и был принят в первом чтении в июне 2019 года, но дальше был отменен.
В декабре 2019 года был представлен новый законопроект № 2689, содержавший положения об универсальной уголовной юрисдикции, и предусматривал, что она могла быть реализована только в тех случаях, когда соответствующие лица находились на территории Украины [31]. Добавим, что об универсальной юрисдикции прямо не говорит и Соглашение о сотрудничестве в сфере безопасности между Украиной и Великобританией от 12 января 2024 года, этот фундаментальный и прецедентный акт лишь указывает, что стороны «стремятся привлечь к ответственности виновных в военных преступлениях и других международных преступлениях. в Украине или против нее, в соответствии с международным правом, в частности путем поддержки работы Офиса Генерального прокурора Украины и Международного уголовного суда по обеспечению полного и справедливого расследования обвинений в военных преступлениях независимыми, эффективными и надежными правовыми механизмами» [32].
Но именно такие двусторонние соглашения имеют уникальную возможность дополнительно урегулировать аспекты правоохранительного сотрудничества в формате реализации принципа универсальной юрисдикции европейскими странами, в частности, о преступлениях оккупантов, совершенных в оккупированном Крыму.
Таким образом, следует отметить такие выводы [33]. Соответствующая процессуальная практика европейских стран становится весомым орудием как развития феномена универсальной юрисдикции на глобальном уровне, так и обеспечения справедливости в наказании российских преступников, включая деяния, совершенные в оккупированном Крыму. Основные вызовы в этой сфере заключаются в необходимости повышения эффективности межгосударственного сотрудничества и содействии неотвратимости наказания в соответствии с конвенционными обязанностями цивилизованных стран мира.
Должны быть применены дополнительные наднациональные механизмы по устранению рисков дублирования дел; контрразведывательной защиты суда и участников процесса от посягательств агрессора; дополнительных гарантий жертвам, получившим процессуальный статус; обмена доказательной базой и содействием в проведении экспертиз. Формат такого межгосударственного сотрудничества должен быть воплощен в системе двусторонних соглашений и в рамках коллективных механизмов, прежде всего под эгидой Совета Европы. Обозначенные аспекты, безусловно, должны стать предметом последующих экспертных исследований.
Источники
1. https://www.icj-cij.org/sites/default/files/case-related/166/166-20240131-jud-01-00-en.pdf
2. https://www.osce.org/files/f/documents/6/f/184521.pdf
3. https://yu.yurincom.com/wp-content/uploads/2021/04/pdf-20.pdf
4. http://inlawalmanac.mgu.od.ua/v7/15.pdf
5. http://www.lsej.org.ua/5_2018/60.pdf
6. https://www.amnesty.org/en/wp-content/uploads/2021/06/ior530042011en.pdf
7. http://register.consilium.europa.eu/pdf/en/09/st08/st08672.en09.pdf
8. http://www.un.org/documents/ga/docs/56/a56677.pdf
9. http://www.idi-iil.org/idiE/resolutionsE/2005_kra_03_en.pdf
10. https://www.un.org/en/ga/sixth/77/universal_jurisdiction.shtml
11. https://digitallibrary.un.org/record/4030829
12. http://register.consilium.europa.eu/pdf/en/09/st08/st08672.en09.pdf
13. https://www.eurojust.europa.eu/news/new-investigations-core-international-crimes-increase
14. https://redress.org/wp-content/uploads/2023/04/01_TRIAL_UJAR_2023_DIGITAL_27_03.pdf
15. https://redress.org/publication/universal-jurisdiction-annual-review-2023/
16. https://www.government.se/government-policy/swedens-support-to-ukraine/how-sweden-is-working-to-hold-russia-accountable-for-crimes-in-ukraine/
17. https://justiceinconflict.org/2022/10/17/universal-jurisdiction-in-ukraine-states-should-commit-to-using-their-own-courts-to-address-russian-atrocities/
18. https://www.russiamatters.org/analysis/can-international-law-bring-measure-justice-ukraine
19. <https://www.ibanet.org/War-crimes-proponents-of-universal-jurisdiction
20. https://www.baltictimes.com/estonia_s_internal_security_service_also_investigating_war_crimes_committed_in_ukraine/
21. https://www.thelocal.es/20220308/spain-opens-probe-into-serious-violations-by-russia-in-ukraine
22. https://tm.lrv.lt/en/news/the-ministry-of-justice-asks-the-prosecutor-generals-office-to-launch-a-pre-trial-investigation-against-putin-and-lukashenko/
23. https://www.lrt.lt/en/news-in-english/19/1662906/lithuanian-prosecutors-to-probe-filmmaker-s-killing-in-ukraine-as-war-crime
24. https://www.wsj.com/livecoverage/russia-ukraine-latest-news-2022-03-08/card/germany-opens-investigation-into-suspected-russian-war-crimes-in-ukraine-bNCphaIWE30f2REH8BCi
25. https://www.aljazeera.com/news/2022/3/8/germany-launches-probe-into-suspected-war-crimes-in-ukraine
26. https://www.theguardian.com/world/2023/oct/26/german-prosecutors-evidence-russian-war-crimes-ukraine
27. https://www.svt.se/nyheter/inrikes/aklagare-i-sverige-utreder-krigsbrott-i-ukraina
28. https://www.thelocal.se/20220405/sweden-launches-investigation-into-ukraine-war-crimes
29. https://www.wsj.com/livecoverage/russia-ukraine-latest-news-2022-04-05/card/french-prosecutors-open-war-crimes-probe-in-ukraine-mLlqrzSeOCykvua8zfop-mLlqrzSeOCykvua8zfop
30. https://sites.tufts.edu/fletcherrussia/what-are-war-crimes-and-will-putin-be-tried-for-them/
31. https://iwpr.net/global-voices/universal-criminal-jurisdiction-ukraine
32. https://www.gov.uk/government/publications/uk-ukraine-agreement-on-security-co-operation
33. https://pravoua.com.ua/ua/store/pravoukr/pravo_2024_2/pravo_2024_2-s3/
![](https://arcrimea.org/wp-content/uploads/2024/05/eurojust-building-2017-1-1024x800.jpg)