Как сообщил 6 июня Крымскотатарский ресурсный центр, среди жертв оккупации Крыма особо необходимо выделять категорию «политзаключенные Крыма, чьи права ограничены вне мест несвободы», в частности, к этой категории можно отнести людей, имеющих фактические ограничения в виде «испытательного срока», «условного срока», «административного надзора» или «домашнего ареста».
Как указывает Центр, эти ограничения призваны максимально усложнить гражданскую жизнь политзаключенным после «отбытия срока» незаконного «наказания». Правозащитники добавляют, что россия использует абсолютно все инструменты репрессивной машины для показательных наказаний за проявление проукраинской позиции в Крыму.
Центр указывает, что агрессор применяет эту форму репрессий даже к инвалидам, например уже не первый год политзаключенный Александр Сизиков находится под «домашним арестом», хотя является инвалидом первой группы. Также к двум месяцам «домашнего ареста» был «осужден» бывший преподаватель Белогорского техникума Андрей Белозеров, который во время «домашнего ареста» дважды из-за голода терял сознание, потому что ему было запрещено не только работать но и выходить за продуктами.
Центр указывает, что на данный момент насчитывается не менее 288 граждан Украины, которые преследуются по политическим мотивам по «уголовным делам» за период оккупации Крыма, 36 из которых имеют ограничения или «испытательный срок», 19 из них представители коренного крымскотатарского народа. Дополним что подобная форма репрессий осуществлялась оккупантами и касательно группы украинских рыбаков из Очакова, выкраденных на акватории Черного моря в 2018 году с целью террористического шантажа Украины по делу «Норд».
Сейчас данные «дела рыбаков» находятся на рассмотрении в Комитете ООН по правам человека, в Европейском суде по правам человека, а также в украинском Верховном Суде касательно признания их жертвами Кремля, недавно наша Ассоциация напомнила об этом проявлении российской морской агрессии международные структуры, включая IMO, ILO и FAO.